ХУЖЕ РАДИАЦИИ
Повесть, рассказы









1 р/ч: Вкус радиации

Природа экономна в причинах и многообразна в следствиях.

Монтень.

       Как-то вечерком, после ужина, делились мы впечатлениями от пребывания на 1 р/ч. Это – нижняя граница уровней, которые мы тогда считали «высокими».
       Вообще у нас – «разведки» – была тогда любопытная градация уровней:
       – до 50 мр/ч – низкие (респиратор можно не надевать – если, конечно, не пыльно);
       – до 500 мр (то есть пол-рентгена) в час – средние: нормальный рабочий уровень, работа без особенных эмоций;
       – от 500 миллирентген до 1 рентгена в час – выше среднего: это уже – РАДИАЦИЯ, то есть нефиг задерживаться, и ездить надо аккуратно, чтоб не застрять;
       – 1 р/ч и выше – высокие: тут уже показывай все, кто на что способен – командир, водитель, дозиметрист – tempo-tempo!.. Ну и нервы, конечно: на 10 р/ч – максимум, который я мерил – мне вообще показалось, что воздух – вокруг – звенит... Но это, конечно, иллюзия... – Но я отвлекся.
       Так вот, на 1-м рентгене в час у Валеры – командира 2-го взвода – начинал болеть зуб – у него вообще были какие-то проблемы с зубами.
       Сережа по своей основной – гражданской – специальности химик-синтетик, занимается металлоорганическими соединениями. Он на 1 р/ч начинал чувствовать металлический вкус во рту. Я долго голову ломал – почему? 1 р/ч – уровень явно маленький, чтоб радиолиз (разложение химсоединения на его составляющие под действием облучения) начался... И с другой стороны, это сколько ж надо этой металлорганики нахвататься, чтоб при этом вкус металла во рту чувствовать... Неправдоподобно... А что еще?..
       Я тогда просто не знал, что металлический привкус во рту – симптом непорядков печени, а уж ее-то, работая со своими металло-ядами, Сережа точно подсадил: обычное дело среди химиков-синтетиков. И вот на 1 р/час его подсаженная печенка начинала попискивать, не выдерживая еще и этой нагрузки...
       Я тоже на 1 р/ч начинал чувствовать то, что считал слабым местом своего организма...
       ...Облучение – в тех дозах, с которыми мы тогда дело имели – действует – в первую очередь – НА СЛАБОЕ ЗВЕНО ОРГАНИЗМА – и это для каждого человека индивидуально. И только при возрастании дозы возникают уже характерные «лучевые поражения» – типа ОЛБ той же – острой лучевой болезни – которую все поначалу искали и о которой только и говорили...
       Эту простую – но далеко не очевидную вещь –

РАДИАЦИЯ ДЕЙСТВУЕТ
В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ
НА СЛАБОЕ ЗВЕНО
КАЖДОГО ОРГАНИЗМА


       – мы поняли в июле 1986-го года – так сказать, «не отходя от кассы».
       И нужны были годы, чтоб официальная медицина дошла... – доползла! доплелась... – до этого вывода. Собственная шкура – очень чуткий научный инструмент...
       Так что металлический, оказывается, вкус у радиации...

       ...Когда через год, точнее, на первую годовщину, 26 апреля 87-го года, мы наконец-то собрались в парке Артема в Харькове – все расселись на лавки у пустующей стекляшки-кафе (сразу пошло открытие водки, вспарывание консервов, нарезка хлеба на газете...) – а двое здоровых парней остались стоять, прислонились к стенке кафешки...
       – Вы чо, садитесь! Садись, Володь!
       – Спасибо, не могу. Геморрой.
       – Я тоже. Гастрит. Сидя больно.
       А им уже протягивали наплесканную в стаканы водку – выпить за тех, у которых уже ничего не болит.

        ДАЛЕЕ >>>

Web-дизайн: М.Опалев
Студия ARWIS  Харьков, 2001